суббота, 20 декабря 2014 г.

Октябрь







У нac, гoвopят, eщё oceнь,
A в нeбe yжe пepвый cнeг,
И вeтep пoзёмкoй yнocит
Пocлeдниe лиcтья c дepeв.

Meтёт нaд бepёзoк cвeчaми,
Haд глaдью yтиныx oзёp,
Bдoль yлиц Mocквы c пpoвoдaми
Meж плaчyщиx oкoн дoмoв.

У нac гoвopят вcё нecклaднo,
A пишyт - eщё нecклaднeй,
И xлoпaют двepи в пapaднoм,
И нeтy пиcьмa oт дpyзeй.

A oceнь - нy этo жe oceнь!
Oт нeбa дo нeжнocти кpyг!
И чтo-тo кyдa-тo yнocит,
Cмывaя дoждями тocкy !

четверг, 18 декабря 2014 г.

Десять лет семейной жизни





Опять весна, опять май! Двойной юбилей в моей жизни и в жизни моей первой жены. 40 лет со дня нашей свадьбы и 30 лет после развода. Я везу её, нашего младшего сына и его собаку в деревню, в её дом, где сотни лет жили её предки. Я за рулём, а она рядом. Мы слушаем наши старые песни с диска и тихо любим друг друга. Мы уже никогда не будем вместе – мы слишком разные.
Помню, в юности я боялся целовать девушек. Не то, чтобы я вообще боялся девушек, - скольких я обнимал и согревал в турпоходах, а потом, в школе танцев, обнимал во время танца. Ой, сразу вспомнился смешной случай, досталась мне как-то партнёрша очень полная, и я никак не мог дотянуться до середины её спины, а без этого ведь держать партнёршу трудновато, ещё выронишь невзначай. Как-то уж справился?... Пришлось её очень прижимать, а я этого стеснялся… Да, так о поцелуях, - всё мне казалось, вот поцелую я девушку и случиться нечто невозвратное, - просто какой-то мистический страх.
И вот как-то, уже к 24 годам я взял и поцеловал приглянувшуюся мне девушку. Зачем, и сам не знаю, думал, - а почему бы нет, другие-то ведь целуются. Но судьба взяла это на заметку. С тех пор я везде её встречал, совершенно случайно, и не по её особому желанию… То нас сводили общие друзья, то встречались случайно на улице… Так прошёл год и однажды мы поехали вместе покупать спальные мешки для общего турпохода. А в продаже были только двухместные. Это был знак. Мы купили общий мешок и пошли в ЗАГС. Через месяц, в мае была свадьба. Самая замечательная свадьба из всех, на которых я бывал. Оставив родственников пировать в её квартире, мы вместе с двумя свидетелями ушли ночевать в лес. Был костёр, много песен и шуток, а также соревнование на качающемся бревне, где первое место занял наш свидетель. Вернулись мы уже в мой дом, в мою комнатку, где предстояло нам жить.

Да, ведь именно тогда и была заложена главная причина, по которой мы расстались. Причиной была её роскошная трёхкомнатная квартира в «сталинском» доме, квартира, которой я боялся. Я и сейчас её боюсь, а почему – не знаю. В квартире, кроме моей жены жили её родители и старший брат. Тёща была замечательная, её улыбка, как солнышко согревала всех вокруг, тесть был постарше тёщи, очень серьёзный и требовательный. Но ко мне он относился хорошо, и многому меня научил. С ним мы пилили дрова, ставили забор и, даже, построили сарай в деревне. Много он мне дал, и я только благодарен ему! Брат был замкнутый, неразговорчивый, но и он относился ко мне хорошо. Так что обвинять в чём-то родственников жены я не могу. Может, виноват был общий дух дома, дома работников Высшей партийной школы, дом, жильцы которого много лет «вешали лапшу на уши» бедным студентам. Я так понимаю, что у тестя, уехавшего из белорусской деревни в Москву учиться и у тёщи, приехавшей из подмосковной деревни в 37-х годах, и не было иного выхода, как стать преподавателями истории партии. Теперь они были на пенсии. А в соседней квартире жили вдвоём брат с сестрой и ещё петух, который кукарекал по утрам. Встречая их на лестнице, я видел на их лицах обречённость и понимал, что дом их уже приговорил… Скоро сосед выбросился из окна, а сестра погоревала, погоревала и однажды умерла. Так что я был прав, что потребовал от жены ещё до свадьбы обещания жить обязательно в моей комнатке, в квартире с моей мамой. Жена обещала, но сдержать обещания так и не сумела.


Но пока я был счастлив! Мы с женой отправились в свадебное путешествие на байдарке на Селигер. Кормили там комаров, а я кормил свою жену пшёнкой с сайгачиной – жирной, жирной. Ей это никак не шло, она голодала до самого Осташкова, где закупили продуктов по её вкусу. Я удивлялся, но всё было просто – она была беременна. В начале следующего года родился наш первенец. Роды были трудные, жена потребовала, чтобы первый год мы пожили у её родителей. Тут и начались первые размолвки: то, что с ребёнком трудно – это понятно, я и по ночам иногда вставал, и пелёнки стирал, но вот зачем их ещё и гладить? А ещё, зачем детские весы и взвешивать ребёнка после кормления? Ну съел и съел – сегодня больше, завтра меньше… Вот с весов-то мы его и уронили как-то на пол, - он поднял ножки и кувыркнулся. Вроде без последствий… Ничего, трудный год пережили в нелюбимой квартире и опять переселились ко мне.


А тут ещё радость – позвонила одна моя любимая девушка и сообщила, что вышла замуж и родила сына! Уф! Значит, и у ней всё в порядке. Через пару лет она родила и дочку и рассказала мне удивительную историю. Она была одна дома, когда наступило время родить, так и родила в одиночестве. Она говорила, что это непередаваемое наслаждение рожать без помех, никаких болей и ощущения почище ощущений с мужчиной. Все эти врачи в роддомах так сильно отвлекают и пугают женщин во время родов, что те бедные не могут войти в поток радости и чувствуют только боль. Кстати, жена моего младшего брата, а также и её дочка тоже рожали дома...


Да, я отвлёкся на увлекательную тему, которую, увы, никогда не сумею ощутить на собственном опыте. Итак, началась наша счастливая совместная жизнь. Мы оба начали работать, сын пошёл в детский сад, где на вопрос воспитательницы, кем он хочет быть лётчиком или космонавтом, ответил, что зайцем и чтобы за ним волк гонялся! Работа у жены была интересная – вычисление таблицы приливов для морских побережий и бухт в России. Я как раз окончил кафедру математики и написал программу для жены, которая вычисляла бы эти приливы. Скоро я защитился и стал получать нормальную зарплату…


Счастье нарушало только то, что жена относилась к семейной жизни серьёзно, а я – как к весёлой игре. Первый пункт разногласий – это питание. Жена считала, что надо каждый день правильно питаться: завтрак, обед, ужин, на обед и первое, и второе, и третье. Я же считал, что так только желудок испортишь. Желудок должен отдыхать от питания, так что иногда надо есть, а иногда следует и отдохнуть денёчек. А уж первое, второе и третье за обедом – это явный перебор, либо первое и третье, либо второе и третье. Иногда, я думаю, полезно выложить фрукты, овощи на стол и пусть все едят, что хотят и когда хотят в течение дня безо всяких завтраков, обедов и ужинов. Я предложил жене сделать так: одну неделю она командует хозяйством, вторую я. Но получил категорический отказ. Здесь я должен напомнить историю родителей жены. Моя тёща была на 10 лет моложе тестя, и тот всегда командовал ею: принеси то, сделай это. Тёща крутилась, как белка в колесе с 6 утра до 3-х ночи. Дочка всё это видела и решила раз и навсегда – никогда подчиняться мужу не буду! Я буду в доме хозяйкой! А ещё она решила – я всегда буду защищать маму! Это второе решение ещё сыграет в дальнейшей нашей жизни роковую роль.


Итак, жена тянула наше хозяйство, в основном, правильное питание, крутилась до 2-х часов ночи ежедневно – режим, который я просто не мог выдержать, так как засыпал не позже 11-и. Моя беда была в том, что я хоть и подчинялся, но обижался и копил свои обиды внутри. Единственно, чего мне удалось добиться, чтобы уважали желания детей и не кормили их насильно «за папу, за маму», результат – они выросли самостоятельными и ведут собственную судьбу сами, не слушая ни хороших, ни плохих советов.


Летом мы уезжали в деревню, а там начиналась ежедневная деревенская работа. С большим трудом удавалось хоть раз за лето вытащить семью в лес. Впрочем, я немного несправедлив, купаться на озеро мы ходили чаще. А ещё один раз жена устроила спортивные соревнования для ребятни всей деревни – о них до сих пор вспоминают соседи! А как она отучила чужих мальчишек лазить в наш сад за яблоками!! Выследила их и днём пригласила к нам в сад поесть яблок. Она сказала, - приходите днём, когда всё видно, и когда Вы не топчите грядки, и ешьте, что хотите! С тех пор по ночам в сад у нас не лазали. Но меня уже было не остановить, я продолжал обижаться на каждую мелочь!


Конец нашей счастливой жизни наступил из-за моей мамы. Часто, когда мы уходили погулять, с сыном сидели по очереди бабушки – моя и её мама. И затеяла моя мама играть с четырёхлетним сыном в путешествие по всей комнате, где-то были города, где-то сёла… И мой дорогой сыночек при встрече с тёщей заявил: «А ты бабушка – не приходи! Я хочу играть только с другой бабой!» Тёща расплакалась, это узнала жена… Так мы переселились на мою нелюбимую квартиру, куда мою маму теперь пускали только на праздники. Впрочем, была ещё одна причина, жена опять была беременна.


Так наступила переломная осень нашей жизни. Началось с того, что я обнаружил у себя опухоль, которая росла ото дня на день. Врачи посылали один к другому...  Для излечения я начал длительную голодовку, опухоль перестала расти и затвердела. Сначала я думал только об излечении, но к 20-му дню голодовки проснулись и иные мысли. А нужно ли меня лечить? Я взглянул на себя со стороны, и это мне очень не понравилось. Лицемерный тип, притворяющийся, что любит свою жену, а на самом деле тайно её ненавидящий… А должен ли жить подобный тип рядом с работящей хорошей женщиной? Я никогда не был особо религиозен, хотя был в детстве крещён, и тут мне стало страшно, не смерти, а того, что я и уйду с земного плана в таком жутком виде. И я стал просить прощения у Бога. Почти одновременно случилось множество событий: у жены наступили роды, а большинство роддомов в Москве были закрыты на какую-то инфекцию. С трудом нашёл и отвёз в Сокольники. Шёл уже 28 день голодовки, пора было её кончать. Жена родила мальчика, но кормить ей его не дали. Пришло письмо о том, что подошла очередь на стенку, которую мы заказывали полтора года назад. Не говорю уж о работе, где я, не имея сил, читал лекции, сидя на стуле. Особым мучением были переходы в метро, где я передвигался, держась за стенку. Дома я молил Бога простить мои грехи!


Неожиданно пришёл ответ от Бога, Он простил. Это было счастье. Моя судьба завертелась в другую сторону. Ведь я должен был умереть, а быть может, должен был умереть и мой сын. Его всё никак не отдавали матери, - уже неделю и ничего не объясняли. Но теперь, вдруг отдали, с ним было всё в порядке. Теперь стенка, которую надо самому собрать.  В магазине сказали, что ничем помочь не могут, собранными стенки не возят. И вот привезли – собранную, сказали, что последняя с витрины. На работе вдруг дали отпуск в разгар студенческой учёбы. Тёща по знакомству отвела меня к врачу, который сразу дал направление в онкологию. Жена вернулась домой, а меня направили в онкологическую больницу, далеко, в лес под Архангельское.


Так начался один из самых счастливых периодов моей жизни. Я всё время чувствовал связь с Богом, и всё вокруг меня подтверждало эту связь. Примеры – вот хоть один из них: жена захотела сервелату, я пошёл в ближайший продовольственный, уверенный, что куплю, хотя сервелату там сроду не бывало. Пришёл и попросил у продавщицы батон сервелату, она естественно, сказала, что у нас его нет. Но я был уверен, то это не так, не зря же я сюда пришел. Я сказал, - а вон у Вас под прилавком, что лежит?  Вот его и взвесьте! И она удивлённо взвесила мне батон сервелата. Впрочем, я сам такого уже не ел, я стал вегетарианцем. Звонил отец, говорил, что найдёт мне лучшего врача, но пока ищет. Я ничего об этом не думал, я был в руках Бога и знал, что всё будет по воле Его.


В больнице у нас подобралась интересная и весёлая компания «рачков». Жаль только, что половина из этой компании не выжила. Особенно я сдружился с одним лётчиком, который всё сетовал, что у него сорвалась денежная командировка в Анголу. На медосмотре перед отлётом у него вдруг обнаружили опухоль. Неделю спустя он с грустью сообщил мне, что его экипаж погиб, самолёт был сбит в Анголе. А ещё он рассказывал историю своего деда, который попал в какой-то механизм, после чего врачи отказались его лечить. Но дед взял и перестал есть, так и не ел много дней, а потом вдруг стал выздоравливать.


Да, я был ходячий, поэтому порой бегал в магазин за водкой. Сам не пил, но пели потом мы всей палатой, за что получили выговор в стенгазете. Где и я был упомянут, как злостный дебошир и алкоголик. В своё время всех нас прооперировали, причём у меня в момент операции заболел наш лечащий врач и оперировал заведующий больницы. Я потом сравнивал швы мой и моего друга. Небо и земля: мой – тонкий, почти незаметный, его – выступает на сантиметр. А тут и отец меня навестил – он, наконец, узнал имя знаменитого врача по моим болезням, - это оказался как раз наш заведующий, который меня оперировал. Далее была химиотерапия. Я выдержал один курс, от остальных – отказался, думая заменить их длительными голодовками. Друзья, что выдержали положенные три курса, потом много лет жаловались на испорченную печень.


Так я вышел из больницы и начался очередной период моей жизни. Я всех любил, ни на кого не обижался, но занимался в основном голодовками и подготовками к оным. Впрочем, по мере возможности и жене помогал с малышом. Она давно забыла про глажку пелёнок, да и детские весы где-то затерялись. Но на меня она взирала со всё большей опаской. Я предложил крестить детей, но она сказала, что пусть они сами решат, когда вырастут. Хотя и она и всё её семейство было крещено бабушками в раннем детстве. А предложение отказаться от мяса и мясных блюд она полностью не приняла. К этому времени попала в больницу моя любимая тёща, - неоперабельный рак желудка. Я предложил и ей поголодать, - она поголодала, так на голоде и умерла. Жена меня корила, что это я её уморил раньше времени, но, - отвечал я, - на голоде у неё прошли боли, которые её мучили последний год. В общем, неизвестно, кто здесь был прав.


Потом жена увезла детей на море в Евпаторию, хотя я ей не советовал. Вернулись с желудочными болезнями. Я чувствовал, что только мешаю жене жить. Всё, что я говорю, ей не по нраву, всё не так. И она прекрасно справляется со всеми делами, по-своему прекрасно ведёт домашнее хозяйство. Зачем я ей нужен? А ведь есть люди, которым я бы мог дать счастье! То, которым обладаю я сам! Так я встретил на лыжне её, незамужнюю, на пять лет старше меня и явно несчастную от своего одиночества, но не сдающуюся. Она была программисткой. Но программа у неё не шла,… здесь нужна была моя реальная помощь. Так я ушёл в другую жизнь.


А первая жена меня отпустила, со слезами, но без скандалов. Со временем, я всё более ею восхищаюсь! И детей вырастила хороших, и в городе, и в деревне у ней всё в порядке. Каждую осень снабжает всех близких, в том числе и меня с моей женой, своими овощами и фруктами…


Продолжение: http://www.proza.ru/2014/08/24/1742